Сен 03
29
Блеск и нищета на паркете
Чемпионат мира по латиноамериканским танцам стал первым соревнованием такого ранга, проведенным в России. На паркет Ледового дворца вышли 79 пар из 44 стран. Среди них были новозеландцы и молдаване, сингапурцы и кыргызстанцы, даже темнокожая пара из ЮАР, сразу же завоевавшая симпатии питерских зрителей. Не было только латиноамериканцев.
«В 30-е годы, когда румба, джайв, самба и ча-ча-ча обрели соревновательный статус, они заметно европеизировались, — рассказала «Городу» победительница чемпионата Оксана Никифорова. — В Бразилии и Аргентине эти танцы исполняют по-другому, и соперничать на равных с ведущими дуэтами Европы на соревнованиях представителям Южной Америки трудно. Пасодобль и вовсе испанского происхождения. Этот танец исполняется перед началом корриды. Для спортсменов, соревнующихся в латиноамериканской программе, пасодобль считается своеобразным эталоном. На всех соревнованиях мы исполняем его под одну и ту же мелодию, тогда как для остальных четырех танцев музыка постоянно меняется».
Никифорова второй раз подряд завоевала титул чемпионки мира — для Германии. Ее партнер Франко Формика тоже, выражаясь спортивной терминологией, легионер. Он приехал в Кассель, где живут и тренируются танцоры, из Италии. Как призналась сама Оксана, после первых уроков танцев, взятых у мамы в Тюмени, она много колесила по миру в поисках достойного партнера и необходимых условий для тренировок. В Москве жила, в Америке, в Англии. Но только в Германии благодаря местной федерации танцевального спорта нашла то, что искала. Не случайно Оксана и Франко планируют завершить любительскую карьеру именно в Лейпциге на чемпионате мира 2004 года.
Однако это совсем не означает, что они прекратят танцевать. Просто перейдут в профессионалы. Соревновательная карьера в спортивных танцах начинается в 8 лет с категории «Дети-1″, затем нужно пройти такие важные стадии, как «Дети-2″, «Юниоры-1″, «Юниоры-2″. На этом пути, как правило, по 4 — 5 раз меняют партнеров и партнерш. Дети ведь растут неравномерно, а пара, в которой мальчик на голову ниже девочки, смотрится на паркете комично. Между тем в спортивных танцах очень серьезно подходят к результатам каждого соревнования. Любой танцор, начиная с «первых детей», имеет квалификационную книжку, без предъявления которой его просто не допускают к турнирам.
Следующая соревновательная категория — «Молодежь». Здесь уже все серьезно. Наблюдать за выступлениями 16 — 18-летних танцоров в «латине», на взгляд болельщика-дилетанта, даже интереснее, чем за их старшими товарищами. Ча-ча-ча и джайв по темпераменту больше подходят для этого возраста. Элегантный «стандарт» лучше смотрится в исполнении «любителей». В этот разряд подпадают танцоры 19 — 35 лет. Ветеранам, достигшим критического рубежа, приходится делать выбор: выступать в любительских соревнованиях в почетной категории «сеньоры» или переходить в профессионалы. Пойти на этот шаг можно и раньше, достигнув своего потолка на любительском уровне.
Формально любители от профессионалов отличаются тем, что последним официально дозволяется открывать свои танцевальные школы. Хотя сейчас подобный запрет любителями повсеместно (особенно в России) нарушается. Уроки танцев — удовольствие для тех, кто их берет, не дешевое. Чтобы отдать ребенка в спортивные танцы в 6 лет (именно с этого возраста начинаются занятия в группах начальной подготовки), в Петербурге нужно ежемесячно платить от 400 до 1500 рублей в зависимости от клуба.
Те, кто достиг высокого уровня и в дальнейшем хочет совершенствовать мастерство и побеждать на крупнейших турнирах, обязательно берут уроки у элитных педагогов. Стоит это удовольствие от 80 до 100 долларов в час. Когда для проведения мастер-классов в нашу страну приезжают известные тренеры из-за рубежа, цена доходит и до $150. Это, пожалуй, самая высокая планка в мире. В Великобритании, где танцы родились как спорт, стоимость часа занятий 30 — 40 фунтов (примерно 50 — 70 долларов).
Кроме оплаты тренеров нужно быть готовым к тому, что придется раскошелиться на экипировку. Обувь танцорам обходится в 80 — 100 долларов, а за год снашивается до десяти пар. Наряд партнера для соревнований по «латине» — $350 — 400, костюм партнерши в среднем $500. Для «стандарта» все еще дороже. Там без фрака и элегантного платья не обойтись. Так что дуэт, выступающий в этом виде программы, без колебаний выкладывает $1,5 — 2 тысячи за костюмы. О таких мелочах, как прически, косметика, мелкие аксессуары просто умолчим.
Призовые даже у чемпионов-профессионалов чисто символические. Самые престижные турниры у профи проводятся в Англии. Победители и призеры получают по несколько сотен фунтов. Хотя один из турниров считается таким же событием в спортивной жизни страны, как и Уимблдон. Его финал проходит в лондонском королевском «Альберт-холле», билеты в ложу стоят до полутора тысяч фунтов. В последние годы в этих ложах все чаще звучит русская речь. Среди поклонников спортивных танцев немало богатых людей из нашей страны, которые, в отличие от Романа Абрамовича, не жаждут покупать «Челси».
Большим успехом в мире пользуются и воспитанники российской танцевальной школы. Партнерши из бывшего Союза защищали на питерском чемпионате мира цвета Австрии, Болгарии, Дании, Германии, Люксембурга, Нидерландов, Швеции. На русском языке с украинским акцентом общались между собой и с болельщиками финалисты состязаний Евгений Кацевман и Мария Манусова, представлявшие США. Только в Англии с партнершами проблем нет. Зато джентльменов, способных блеснуть в «латине», не хватает. Вот и приходится Лизе Беллингер танцевать с Алексеем Иванцом, а Рэчел Херон — с Евгением Смагиным.
Спортивные танцы в России переживают сейчас настоящий бум. По количеству занимающихся в Санкт-Петербурге эта сравнительно новая дисциплина уже вышла на второе место и стремительно догоняет футбол. Помешать нашим танцорам выйти на передовые рубежи в мире может разве что традиционная для нашей страны организационная неразбериха. Сейчас в России существуют две организации, занимающиеся развитием спортивных танцев на профессиональном уровне. Есть Федерация танцевального спорта России, возглавляемая Павлом Дороховым (именно под ее эгидой прошел чемпионат в Ледовом дворце), есть Профессиональный танцевальный союз во главе со Станиславом Поповым. Соответственно и в Питере два лидера — Юрий Симонов и Алексей Беляев. Ну, и еще 3 — 4 федерации, пара союзов и ассамблей, зарегистрированных в полном соответствии с действующим законодательством и ставящих своей целью популяризацию и развитие танцевального спорта. Все бы ничего, но взаимоотношения между руководителями федераций что в Москве, что в Питере лучше всего характеризовать лозунгом Троцкого: «Ни мира, ни войны». Доходит до абсурда. Любители из Федерации танцевального спорта организуют турниры профессионалов, а под эгидой профессионального союза проходят любительские соревнования.
Все это не может не отражаться на поклонниках танцевального спорта. Судейство здесь настолько субъективно, что фигурное катание и художественная гимнастика могут показаться образцами беспристрастности. Представители разных школ по-разному трактуют исполнение технических элементов и сложность программ. Если учесть, что судят всегда педагоги-профессионалы, то, как шутят сами спортсмены, все известно заранее. Если твой наставник и его единомышленники в составе судейской коллегии, то выход в финал и даже призовое место обеспечены.
Но и это не останавливает желающих заниматься танцами и особенно их родителей. Успехи Анны Фирстовой, приехавшей в Петербург из Омска, оплачены титаническими усилиями ее мамы. В родном городе она держит магазин по продаже танцевальной экипировки, и за счет этого Анна вместе с партнером Алексеем Сильде может практически ни в чем себе не отказывать. В последнее время все чаще наши ведущие пары находят себе спонсоров. Многие успешные предприниматели отличаются хорошим вкусом и предпочитают вкладывать деньги в такое достойное зрелище, как спортивные танцы.
Прямая речь
54 удара в минуту
Питерская пара Алексей Сильде — Анна Фирстова заняла на завершившемся чемпионате мира по латиноамериканским танцам девятое место.
- Давно не видела столько зрителей в Ледовом дворце, — рассказывает Анна.
- Скажите, как правильно следить за соревнованиям по танцам? Ведь одновременно на паркет выходит с десяток пар…
- Понятно, что кто-то смотрит исключительно на своих родственников, знакомых или участников, запомнившихся по предыдущим выступлениям. Для зрителей же, которые пришли впервые, все пары должны быть хороши — красиво одеты, накрашены. И тут уж дело вкуса — кому кто понравится. Как-то на соревнования пришла одна моя знакомая, так она потом призналась, что у нее глаза разбегались. Видимо, нужно секунд по десять понаблюдать за каждой парой, выбрать одну и любоваться ею неотрывно.
- Имеет значение, танцуешь ты под знакомую мелодию или под ту, которой никогда не слышал?
- В принципе, мы тренируемся под множество самых разных мелодий. И большинство из них знаем. Но вот когда уже подустанешь, психологически легче выступать под известную тебе мелодию.
- Этот чемпионат мира проходит в России, следующий — в Англии. Может быть так, что англичане поставят не известные никому, кроме них, мелодии.
- Нет, такого не бывает. Все быстро узнают о новинках. Есть единственное общее правило — сколько ударов должно быть в минуту. В самбе раньше было от 50 до 52 ударов в минуту, сейчас от 52 до 54 — музыка убыстряется. Румба, наоборот, на два такта медленнее стала. В принципе, на слух ничего особенного, но когда вы танцуете — разница значительная. Нельзя включить музыку на 56 ударов — никто не успеет под нее станцевать.
- Сколько пар обуви изнашивается за сезон?
- Шесть-восемь пар. Они на замшевой подошве и очень мягкие. В принципе, можно и год танцевать, только каблуки расшатываются. Вообще, одни туфли используем на трех-четырех конкурсах, а потом «донашиваем» на тренировках.
- Сколько продолжаются тренировки?
- Иногда и шесть часов подряд. С небольшими перерывами. Но ежедневно так заниматься невыносимо просто психологически. Уходят эмоции, одна голая техника — работаешь как машина. Можно тренироваться только два часа в день, но — в полную силу.
- В каждой паре, наверное, есть свой лидер?
- До того как стала танцевать с Алексеем, всегда в паре лидером была я. Натура такая. Но Леша еще более активный, энергичный, чем я. Двух лидеров быть не может. Можно прислушиваться друг к другу, но лидером должен быть кто-то один. У нас в паре лидер — Алексей.
* * *
- Аня у меня уже четвертая партнерша, если считать с самого начала занятий танцами, — рассказывает Алексей Сильде. — С ней танцую уже пятый год. По нашим понятиям это уже солидный срок. Предыдущая партнерша была из Тюмени. С ней мы занимались недолго — девять месяцев всего.
- Почувствовали разницу?
- Конечно. Тогда и результаты были другие. А Аня — молодец.
- А какие-то капризы с ее стороны бывают?
- Ну, конечно. Женщина есть женщина. Что в любой партнерше тяжело найти, так это трудолюбие. В нашем виде спорта оно необходимо в большей степени, чем все остальное.
- Танцоры — это мужественные люди?
- Да. Мальчики с самого раннего возраста стараются защищать своих партнерш. От любого, даже случайного удара со стороны соперника — у нас ведь такое случается. По молодости и мне приходилось разбираться за паркетом, кто кого толкнул.
- Неужели бывают специальные столкновения?
- Редко, но бывают. Случайно толкнули, а показалось, что специально. Отвечать начинают. На чемпионатах мира такое, наверное, невозможно — главный судья может дисквалифицировать. У нас это называется «некорректное поведение на паркете».
- А между собой в паре «разборки» бывают часто?
- Крики-визги случаются. Уходишь с паркета и пытаешься разобраться, что произошло. Главное, потом быстро успокоиться, чтобы на следующий танец себя настроить.
- Танцевать — это мужская работа?
- Если посмотреть со стороны, то кажется, что — нет. Я раньше так же считал. По крайней мере, мама отвела меня в танцы насильно. Это потом уже понимаешь, что работа самая что ни на есть мужская. И если оценить тренировки, то у нас такой же тяжелый спорт, как и все остальные. Ничем не легче, чем, скажем, бег или гимнастика.
- В легкой атлетике или гимнастике ведущие спортсмены не бедствуют. А заработать на жизнь танцами можно?
- Все зависит от того, насколько хорошо танцуешь. За показательные выступления в Гонконге, в Японии платят хорошо. Пять раз вышел на паркет, и вот тебе три с половиной — четыре тысячи долларов. Плюс оплата перелета, проживания, питания. Ну, а дома — только если вести индивидуальные занятия с парами.
Александр Иванов